Сказка про Бенджамина

Далеко в джунглях жил-поживал жираф Бенджамин. Жираф Бенджамин был самым красивым жирафом в лесу - у него была симпатичная пятнистая шерстка, аккуратные рожки и длинная-предлинная шея. По воскресеньям жираф Бенджамин ходил на танцы, и не было зверя в джунглях, который танцевал бы твист и чарльстон лучше, чем жираф Бенджамин. Еще жираф Бенджамин любил иногда, под настроение, пожевать траву. Дело в том, что обычно жирафы не едят траву - ведь у них длинная-предлинная шея и длинные-предлинные ноги, поэтому нагибаться за травой жирафам неудобно, и обычно они едят листья с высоких-превысоких деревьев. Жевать траву считалось не то что бы недостойным жирафа, но несколько предосудительным, и даже опасным для здоровья. "Вот подрастет немного", - думали старшие жирафы про Бенджамина, - "и поймет, что лучше сочных, мягких листьев с высоких деревьев нет ничего на свете".

Еще у жирафа Бенджамина во дворе росло дерево Юпла, у которого были чудесные нежно-розовые цветы, самые красивые во всем лесу. И вот однажды воскресным утром жираф Бенджамин поливал из лейки дерево Юпла, и увидел, как мимо его забора проходит осел в большой соломенной шляпе.

- Здравствуйте, - учтиво поздоровался с ним жираф Бенджамин.

- Здравствуйте, - ответил осел и помахал над головой соломенной шляпой, - Вы не подскажете, где здесь банановая улица?

- Вы как раз на ней и находитесь, - ответил жираф Бенджамин.

Осел сверился с картой и широко улыбнулся:

- Буду Вашим соседом, - сказал он, - раньше я работал на сельскохозяйственной ферме сторожем, а теперь вышел на пенсию, и решил поселиться в вашем лесу, - и он указал на пустовавший участок по соседству с домом жирафа Бенджамина.

- Очень приятно, - сказал жираф Бенджамин, вытирая копыта о фартук и протягивая переднее ослу, - Жираф Бенджамин.

- Вы, наверное, что-то путаете. Бенджамин - это я. Осел Бенджамин, к вашим услугам.

- К-как? - пробормотал Бенджамин, роняя лейку, - но, позвольте... ведь Бенджамин - это жираф. Это все знают, спросите любого!

- Уверяю Вас, что Вы ошибаетесь, - холодно ответил осел Бенджамин, - Бенджамин - это осел, а осел Бенджамин - это я. Не хотите ли сигару? - с этими словами осел вытащил из кармана портсигар и протянул его жирафу. Жираф Бенджамин попятился и помотал головой.

- Я предпочитаю жевать траву, - пролепетал он.

Осел Бенджамин смерил его уничижающим взглядом, словно размышляя, о чем еще можно разговаривать с таким глупым и неучтивым животным, и, наконец, бросил на прощание:

- Всего хорошего. Заходите как-нибудь, забьем козла, - и осел Бенджамин величественно удалился.

Жираф Бенджамин был в ужасе. "Бенджамин - это осел!" - кометами проносились мысли в мозгу бедного жирафа, - "Бенджамин играет в домино и курит сигары! Держу пари, он еще и газеты читает!"

Жираф Бенджамин обхватил голову передними ногами и бросился к себе в дом, забыв про дерево Юпла. Он упал на диван и зарылся в подушки.

"Но ведь Бенджамин не может, не может быть ослом!" - думал жираф Бенджамин, - "У Бенджамина шелковая пятнистая шерстка, а не серая шкура! У него маленькие аккуратные рожки, а не огромные уши. И, наконец, Бенджамин никогда бы не надел соломенную шляпу!"

Но сколько жираф Бенджамин себя ни успокаивал, факт оставался фактом: Бенджамин был ослом, и осла Бенджамина жираф видел своими собственными глазами.

Целый день жираф Бенджамин бродил по дому, как неприкаянный, меряя шагами комнаты и горько вздыхая. За целый день он не съел ни листочка, и даже не пошел на танцы вечером. Ночью жираф Бенджамин не мог сомкнуть глаз и только под утро забылся тревожным беспокойным сном.

Разбудил его звук пилы. Жираф Бенджамин полежал немного с закрытыми глазами, но вдруг, вспомнив вчерашнее происшествие, вскочил и бросился к окну, предчувствуя самое плохое, и не ошибся. Осел Бенджамин стоял на стремянке со своей стороны забора, и отпиливал ветку от дерева Юпла.

- Стойте! Стойте! - закричал жираф Бенджамин и бросился на улицу, - Что вы делаете! Остановитесь!

- В чем дело? - спросил осел Бенджамин, - Что случилось?

- Что случилось? - закричал жираф Бенджамин - зачем вы пилите мое дерево?

Осел Бенджамин снисходительно посмотрел на него.

- Я посадил морковь, - сказал он, - а эта ветка бросает на нее тень.

- Но это же самое красивое дерево во всем лесу! - пытался объяснить жираф.

- Но ведь у него нет никакой сельскохозяйственной ценности, - объяснил осел, снова принимаясь за работу.

Жираф Бенджамин, чуть не плача, выбежал за калитку и на всей скорости столкнулся с кем-то. Пробормотав извинение, он было собирался побежать дальше, но мохнатые лапы мягко обхватили его, приобняв.

- Добрый день, Бенджамин - с улыбкой произнес бобер, а это был именно он, - чрезвычайно рад вас видеть.

"С чего бы это он чрезвычайно рад меня видеть?" - подумал жираф, - "ведь я даже имени его не знаю". К тому же бобер назвал жирафа Бенджамин, а жирафа Бенджамина обычно звали так: "Бен, приятель!" или "Бенджи, дружище!"

- Славный мы с вами провели вчера вечерок, - продолжал тем временем бобер, - обязательно заходите к нам сегодня вечером с женой. Первоклассное виски и козла я Вам гарантирую, кхе-хе.

- Но я не играю в домино, - запинаясь, произнес жираф Бенджамин.

- Ха-ха-ха, - захохотал бобер, - ну и шутник! Всех вчера раздел, а говоришь, играть не умеешь! Ха-ха-ха! Ну что же, - повторил он, вытирая слезы с усов, - приходите к нам сегодня опять, слышите?

Но жираф Бенджамин не слышал. Он со всех ног бросился в джунгли, ломая кусты, и спотыкаясь о корни деревьев. Наконец он выбежал на аллею, где, бывало, гулял со своей любимой, жирафой Мадлен, и остановился немного отдышаться. В стороне, на скамейке, сидела красивая стройная жирафа, понурив голову, и рисуя что-то палочкой на песке.

"Вот кто мне всегда поможет!" - с радостью подумал жираф Бенджамин и бросился к скамейке.

- Мадлен! Мадлен! Доброе утро! - закричал он еще издали, и, подбежав, улыбнулся - доброе утро, Мадлен, - повторил он.

- Почему ты не ходил вчера на танцы? - спросила Мадлен, поднимая свои прекрасные глаза на жирафа Бенджамина.

- Да... э-э-э... понимаешь... - смутился жираф Бенджамин, - я приболел немного... это...

Мадлен покачала головой.

- Знаешь, Бенджи, мне надо с тобой поговорить.

- Да, и... мне... - попытался вставить Бенджамин, но Мадлен продолжала.

- Ты знаешь, что я тебя люблю, - тихо сказала она, - и буду любить тебя всегда, таким, какой ты есть. Не перебивай, пожалуйста, - сказала она, заметив, что Бенджамин пытается вставить слово. - Даже если теперь предпочитаешь не ходить на танцы, а забивать козла, и не хочешь больше жевать траву, пускай, пускай. Но только бери меня с собой!.. Ладно?..

- Но я не играю, не играю в домино! - закричал бедный жираф Бенджамин, которому наконец дали вставить слово. - Не забиваю козлов, не курю сигары, и не ношу соломенные шляпы!

- Почему ты меня обманываешь? - тихо спросила Мадлен, и заплакала.

Это уже было последней каплей. В ужасе бросился жираф Бенджамин сквозь лес, не разбирая дороги, закрыв глаза. Он бежал, срывая лианы с деревьев своей длинной предлинной шеей и наступая без разбору на камни, ветки и мелких животных. Он бежал, бежал, пока силы не покинули его, и, наконец, упал в мягкую траву. Когда он немного отдохнул, он поднял голову, и понял, что прибежал в Чудесное Место.

- Привет! - сказало Чудесное Место.

- Привет! - ответил жираф.

- Как дела? - спросило Чудесное Место.

Жираф Бенджамин только за голову схватился.

- Может... - сказало Чудесное Место, немного помолчав, - может, я могу тебе чем-то помочь?

Жираф немного подумал.

- А ты могло бы, - спросил он, - сделать так, чтобы я перестал быть Бенджамином, и стал бы кем-нибудь другим?

- Могу, - сказало Чудесное место. - А ты точно этого хочешь?

Жираф снова немного подумал.

- Да, - наконец сказала она.

домой